С 5 по 13 июня
Моя машина -- для тех, кто ещё не запомнил -- облезлый американский
монстр 89-ого года -- умница, возит нас по всем нашим приключениям и ведёт
себя очень примерно. Только что тормоза у неё немного пульсируют, поэтому
Женя решил её свозить на осмотр. Оказалось, что там погнулся какой-то
диск, менять его довольно дорого (больше, чем за всю эту машину дадут,
если дадут), и Женя даже подумывал наплевать на ремонт и купить новую (то
есть, всё равно старую, но не настолько). Впрочем, вначале мы решили
сделать ей полный осмотр, мотор там, всякое такое, и правильно сделали --
осмотр показал, что кроме этих дисков она в полном порядке (нет, конечно,
окно заднее не закрывается, и лампочка какая-то не загорается, но я же о
серьёзных вещах сейчас говорю). Так что мы будем лечить ей тормоза и будем
надеяться, что она прослужит нам ещё не один год!
Это я рассказала для того, чтобы вы не думали, что наша жизнь состоит из одних сплошных поездок (которых в этом дневнике будет две), но что у нас есть и серьёзные, важные заботы. :) Ну а теперь, когда с заботами покончено, и моей машине дан подобающий ей почёт, -- вперёд, к приключениям!
Если мне не изменяет память, то в последний раз, как я упоминала слово "рыбалка", это было к тому, что Женя в ней разочаровался (не ловится рыбка, ни большая, ни маленькая), и пока больше удить не собирается. Но время лечит любые раны, и в субботу, отдохнув после баскетбола, Женя засобирался на рыбалку. Мне было поручено найти на Интернете где ("-- А то в Вазоне ничего не плавает, поэтому я не ловлю"), а также максимум информации о том, как. Женя же пока поехал обновлять разрешение на ловлю и докупать недостающее оборудование (оно выразилось в крючках и банке длинных, розовых, жирных червяков).
Мои поиски "где" привели к информации о том, что Вазона -- совсем неплохое место для рыбалки, поэтому мы всё равно поехали туда. (Из информации "как" ничего понять не удалось, так как 60% текста состоит из рыбацких терминов.)
Сразу скажу, что мы ничего не поймали, хотя рыба, как всегда, нагло
плескалась в каком-нибудь метре от поплавка. Даже не клевало. Стоило ли
так мучать несчастных червяков (брезгливым дальше не читать), которые даже
после разделения надвое, надевание на крючки, утапливание в озеро и
вынимание обратно через камни и водоросли, оставались живы! То есть, обе
половинки как-то продолжали существовать...
Женин подход к рыбалке в корне изменился -- теперь он точно знает, что ничего не поймает. Поэтому он спокойно ставил удочку, нацеплял на неё колокольчик, и уходил развлекаться (на такие расстояния, с которых никакого колокольчика не услышишь). В развлечения входило: гоняться за белками, -- он бегает не медленнее их, но они сразу же взбираются на дерево, и оттуда достать их нету никакой возможности, -- наблюдение за ними, наблюдение за гусями и фотографирование в их среде. Гуси -- чисто стадные животные, один щиплет траву, и не пройдёт и минуты, как видишь -- всё поле кормится, один ляжет, и тут же все устроят нос под крыло, один побежит -- и все за ним, хотя и не знают, зачем бегут, но раз он бежит, значит, так надо? (А он, кстати, бежит, напуганный Жениными погонями за белками.) А потом взлетают, и на поле никого не остаётся, а озеро сплошь покрывается возмущёнными птицами...
Когда стемнело мы собрались и поехали ужинать в полюбившийся американский ресторан. Мы его любим за телевизоры, по которым транслируют спорт, за шумную, людную обстановку, за незамысловатую и вкусную кухню. То есть, это всё по душе конкретно Жене, а я... я "как Женя". Кроме кухни -- стейки не приводят меня в восторг, но я нашла там блюдо на мой вкус и всегда его теперь заказываю. Все счастливы.
В воскресенье... о, воскресенье! Мы давно уже мечтали найти озеро, где было бы разрешено купаться, но до сих пор мои поиски не увенчивались успехом. И сейчас, когда они увенчались и я нашла всю информацию, я поняла, почему -- оказывается, во всей нашей области (Santa Clara county), размером в 3,405.848 кв км или 841,600 акров, с озёрами буквально на каждом шагу -- так вот, во всей нашей области купаться можно только в одном-единственном малюсеньком озерце, которое находится в гуще автострад и где рыба заражена. У меня до сих пор нет слов.
Возвращаясь к теме. Вдоль восточного побережья залива, там, где Окланд, тоже находится множество озёр, и в них-то и можно купаться. И среди них есть одно, где есть всё, чего душа пожелает. Оно большое, там можно купаться, где угодно, там можно брать лодки и плавать в них, там, по отзывам, отличная рыбная ловля, в частности на любых сортов окуней, там можно кемпинговаться (и даже с лошадьми), там можно совершать маршруты на час или на несколько дней, ехать туда меньше часа... что ещё нужно для счастья?
Правда, из-за такой своей уникальности оно и очень популярно. Но поскольку оно такое большое, то там не тесно. Единственно, что кемпинг (изначально мы думали там закемпинговаться) забит уже аж до 25 июля. :) Ничего, оно недалеко и дорога не утомительная.
Мы встали лагерем слегка в стороне от пляжа, в пикниковой части. Столиков было занято мало, а вот весь берег был уже усеян рыбаками. Женя нашёл свободное местечко, разложился, закинул удочку... и попросил книжку (Гоголь пока в стороне, мы увлекаемся биографиями композиторов -- на английском). Книжку я ему дала, но была очень, очень разочарована. Энергия во мне кипела, булькая, и я даже подумать не могла о том, чтобы сидеть, глядя на поплавок, когда вот, рукой подать, начинается лес, и там наверняка столько всего интересного! Как можно сидеть и читать, пускай даже про Шумана, когда тебе рукой подать до увлекательных приключений! Обдумав это, я решила изменить своим привычкам. Я оставила Женю в призрачном мире девятнадцатого столетия, взяла фотоаппарат и пошла на прогулку -- сама.
К сожалению, фотографии, это бледная и малая часть всего того, что я
видела, и словами, боюсь, тоже не расскажешь. Когда идёшь по узенькой
тропинке над самым озером и всё время попадаются уютные рыбацкие места,
где только одному и уместиться, а огромные одуваны белеют над самой водой,
когда видишь ярких, красивых птиц, купающихся в мелководье -- они потом
взлетают на дерево, взъерошивая перья, -- когда трава рядом с тобой
начинает шуршать и ты обнаруживаешь ящерицу или даже маленькую змейку с
жёлтыми пятнами -- она знает, что ты на неё смотришь, и никак не может
решиться, то ли двигаться дальше, то ли замереть и притвориться сучком...
И это всё на расстоянии нескольких малых минут, но я эти минуты шла
полчаса. Через полчаса я добралась до тростников, по сравнению с которыми
предыдущий лес показался мне блеклым воспоминанием. Представьте себе, что
вы стоите посреди огромных камышей и трав в два человеческих роста, и
посреди них такие же огромные белые зонты цветов, а сквозь трещины этих
зелёных стен просвечивает голубизна озера. Вы стоите в этом городе, и тут
появляются его жители, и вас окружают тучи бабочек всех цветов и размеров,
и некоторые (маленькие голубенькие) летают только парами, а некоторые,
особенно побольше, по отдельности. Между ними, как вертолёты, жужжат
стрекозы -- и голубые, и огненно-красные, и зеленоватые, -- а царём всего
этого является что-то огромное, размером с маленькую птичку -- какое-то
насекомое-великан носится, издавая ярко-синими крыльями низкий звук, почти
рёв. Рассмотреть я его не смогла, сидячим не видела, но в полёте оно
напоминает металлический шар.
Тростники кончились (в той их части, что подходит к воде, была небольшая поляна, которую занимали очень серьёзные мексиканцы, которые очень серьёзно удили), за ними продолжился лес. Кстати говоря, я не шла по настоящей, отмеченной тропе, а по случайно проложенной тропке вдоль самого берега. Дело в том, что отмеченная тропа, то есть дорога шириной в три метра (поскольку предназначенная также для лошадей), пролегала немного выше, мне же хотелось идти вдоль воды. В результате продвигалась я очень медленно -- не только потому, что глазела на каждую диковинку, но и потому, что идти надо было очень осторожно.
Конечно, тростники были сильным впечатлением, но и лес показывал свои украшения, более простые, но со вкусом. Я видела чёрных птиц с красными пятнышками на верху крыльев, которые уморительно трепетали при полёте. Эти птыцы облюбовали себе камыши, каким-то образом усаживаясь на вертикальные стебли и раскачиваясь на них. Их было три или четыре -- все в камышах и одна на дереве неподалёку, они сидели и перекликивались. Потом срывались с мест, происходила перестановка -- тот, кто был в точке А летел в точку Б, кто-то садился на дерево, и после окончания суматохи всё выглядело абсолютно также, как и раньше. Когда я шла обратно где-то через полчаса, они всё продолжали этим заниматься.
В одном месте тропа наклонилась так круто, что я не рискнула по ней продолжить, и решила подняться до дороги, обойти этот кусочек, и вернуться к озеру. Я стала карабкаться вверх, удаляясь от озера, и впервые вошла в сам лес, далёкий от воды. Там на земле была паутина с капельками воды (что посреди жаркого дня показалось мне результатом очень недобрых намерений хозяев паутины), и маленькие, в половину меня, ели, и ворох листвы, и пожелтевшая трава по грудь. В какой-то момент я обернулась назад, вниз -- какое же это было зрелище, озеро, просвечивающее через листву, почти у меня под ногами!
Наверху я пробыла довольно долго, дорога здесь была удалена от озера и
спуски к нему были
слишком крутыми. (Между прочим, пусть никто не
подумает, что "наверху" означает на вершине холма. До вершины там было ещё
очень далеко.) Я периодически углублялась в траву и чащу посмотреть,
нельзя ли спуститься. И в один такой заход наткнулась на маленькое чудо --
посреди выжженой травы рос красивейший цветок, как будто из чьего-то
ухоженного сада. Он там один такой рос, и совсем не был похож на полевой
цветок...
И ещё одно чудо я видела в лесу, и не такое уж и маленькое. Я видела жёлтую бабочку размером с птицу. Мне, увы, не удалось её как следует разглядеть, только размеры я смогла оценить с этого расстояния.
Притом, что всего я гуляла часа два, дорога обратно заняла у меня 15 минут -- я шла по отмеченной тропе. Я вернулась вся взъерошенная, разгорячённая, полная впечатлений и желания купаться, но прежде я потащила Женю смотреть на бабочек в тростниках -- ведь туда всего несколько минут. Увы, увы, увы. Насекомые не подождали Женю, они все уже были по своим домам, отдыхали. Зелёный город был пуст, туристам была оставлена только архитектура...
Женя смотал удочки (стоит ли упоминать, что у него опять даже не клевало?), мы погрузились в машину и поехали брать лодку -- покататься, найти уютное местечко и там искупаться. Мы взяли каяк -- сбылась Женина мечта. У меня же это был первый раз. Фу, какая эта гадость! Нет, всё хорошо, но при каждом погружении весла с одной стороны, с другой на гребущего выливается ручей воды. И хоть я и была в купальнике, да и направлялись мы купаться, но капающая на тебя вода -- это совсем, совсем другой компот! И руки устают очень быстро (и к тому же я устала после прогулки). Всё вместе -- но особенно противное капанье -- привело к тому, что грёб только Женя, я же сидела, как королева, на переднем месте, сложив весло, и наслаждалась видами. Меня везли.
Насколько же вид из озера был иной, чем вид на озеро! Один берег, тот, по которому я лазила, оказался весь в лесах, другой, вдоль которого мы теперь плыли, преимущественно состоял из жёлтых холмов. Там мы нашли длинный кусок берега, вливающийся в озеро, запарковались и искупались.
Наконец-то я испробовала свои новые познания в плаванье на настоящей
воде! Да, скажу я вам, озеро, это не бассейн. Во-первых, оно не подогрето.
Хотя, конечно, грех жаловаться. Мы купались в озёрах в Европе и немного в
Калифорнии, мы купались в океане, мы можем сравнивать -- эта вода была
относительно очень, очень тёплой!
(Конечно, кто помнит, ничто не сравнится с водой в Кинерете при нашей с вами последней поездке -- помните, когда мы провели там часа два, и могли бы и вообще не вылезать -- такая она была тёплая... Да, это был кайф...)
Но в результате я всё равно сильно промёрзла, и ветерок на поверхности озера никак не помогал мне согреться. Я даже совершила пробежку перед тем, как погрузиться обратно в каяк, но всё равно всю оставшуюся дорогу дрожала.
Жене всё же удалось увидеть некоторые из чудес озера, и моих впечатлений тоже прибавилось. На том берегу были другие птицы. Были огромные коршуны -- с полубелыми крыльями, мы таких раньше не видели -- они тяжело взлетали и тяжело садились на траву. Были смешные полосатые птички, летали между коршунами, и ещё одни, совсем малюсенькие -- выклёвывали личинок из стволов деревьев.
Мы переоценили свои силы, особенно, что это были Женины силы одни на двоих, и заплыли слишком далеко. Конечно, мы видели очень красивые виды там вдалеке, но возвращались уже несколько мучительно -- Женя устал, а я, во-первых, была угрызена совестью за его усталость и за своё безделие, а во-вторых мне было холодно... (Впрочем, совесть грызла меня не сильно, потому что Женю следовало хорошенько выгулять и желательно умотать, а то он совсем осоловел от режима сон-работа-телевизор-сон.) Зато какой кайф было приплыть, переодеться, погрузиться в нагревшуюся на солнце машину, перекусить, и через каких-нибудь 50 минут оказаться дома!
Фу, как я наболталась... Уже не осталось сил рассказать обо всём, что
было в течении оставшейся недели, да, собственно, и не следует пока что.
Потому что новости есть, но пока что они... шшшшш......
